Библиотека

Блоги

Культура охотников на мамонтов

Попробуем кратко ответить на вопросы: как сложилась историко-культурная область охотников на мамонтов? Откуда, по каким причинам пришли эти люди (если пришли!) на берега Днепра и Дона?.. Начнем с предыстории.

Период, предшествующий появлению на Русской равнине культур охотников на мамонтов, археологи называют ранней порой верхнего палеолита. Длился этот период около 20 тысяч лет (примерно, с 45 до 25 тыс. лет назад). Это куда более продолжительный срок, чем тот, что отделяет нас с вами от греко-троянской войны или фараона Хеопса. Разумеется, за столь долгое время климат в Европе менялся неоднократно. Потепления чередовались с похолоданиями, а леса — с ландшафтами открытого типа.

Целенаправленной охоты на мамонтов на Русской равнине в тот период, скорее всего, не велось. Население Восточной Европы охотилось главным образом на диких лошадей. При этом мамонтовая кость активно использовалась в разных регионах и культурах для изготовления орудий и оружия, украшений и предметов искусства.

Крупные кости в качестве строительного материала в то время не применялись. В раннюю пору верхнего палеолита на Русской равнине были широко распространены легкие наземные жилища типа чумов, округлые в плане, с очагом в центре. Сооружались они, вероятно, на каркасе из жердей. Впрочем, стоит отметить, что могильная яма на стоянке Костенки 15 (погребение ребенка) оказалась специально перекрыта сверху крупной костью — фрагментом лопатки мамонта.

Культура охотников на мамонтов

Вероятно, люди охотно использовали для своих нужд кости и бивни зверей, погибших естественной смертью. Не менее вероятно и то, что иногда, при удаче, они убивали отдельных животных. К сожалению, вряд ли можно установить, какая часть найденных на этих памятниках останков мамонта является продуктом охоты, а какая — результатом собирательства? Можно лишь предполагать, что в некоторых культурах, особенно к концу ранней поры верхнего палеолита, значение этого зверя в жизни людей заметно возросло. Вероятно, не случайно на стоянке Сунгирь под Владимиром (радиоуглеродный возраст: в пределах 28—23 тыс. лет назад) в погребении найдена бивневая фигурка — древнейшее в Восточной Европе изображение мамонта.

В Сунгире обнаружено не только большое количество костей этого животного, но и очень высокий технологический уровень их обработки. Главным свидетельством тому являются знаменитые копья из распрямленного бивня, ударные концы которых усилены рядами приклеенных чешуек кремня. Кстати, такие копья вполне могли использоваться и при охоте на мамонтов. Возникает вопрос: не стала ли добыча его в этот период более регулярной?

По-видимому, на исходе ранней поры верхнего палеолита складывались предпосылки сложения особой культурной области в центральной части Русской равнины. Население этого региона оказалось теснейшим образом связано с мамонтом — по всем направлениям своего жизнеобеспечения.

Охотники на мамонтов в Центральной Европе

В Центральной Европе картина была иной. Примерно 28—27 тысяч лет назад на Среднем Дунае и Моравской возвышенности формируется очень яркая, своеобразная культура. Люди, создавшие ее, по всем признакам были охотниками на мамонтов. Позднее, 26—24 тысячи лет назад, их потомки двинулись на восток, а 24—22 тысячи лет назад — достигли Русской равнины. Новое население отличалось ярко выраженным культурным своеобразием. Памятники, оставленные им, иногда называют «культурами наконечников с боковой выемкой и женских статуэток». Мы говорим: «культурами» — поскольку у археологов есть все основания говорить о двух тесно связанных между собой, но все же имеющих разное происхождение археологических культурах: виллендорфско-костенковской и павловско-хотылевской. Обе они возникли и существовали на территории Центральной Европы в период, охватывающий примерно 28— 24 тысячелетия до наших дней. Затем это население стало постепенно уходить все дальше к востоку и северо-востоку — пока наконец не оказалось на берегах Днепра, Дона, Десны и Оки.

Пришельцы из Центральной Европы сыграли исключительно важную роль в формировании Днепро-Донской историко-культурной области охотников на мамонтов. Наиболее характерные черты этой культуры — долговременные, сложно организованные поселения с обилием костей мамонта. На этих стоянках археологи находят множество изделий из кости и бивня — причем не только орудий, но и разнообразных украшений и произведений искусства. Особенно показательны так называемые «палеолитические венеры» — небольшие бивневые фигурки, изображающие обнаженных женщин — как правило, очень полных и, что называется, «в возрасте». О смысле и назначении этих по-своему высоко художественных статуэток ученые спорят до сих пор.

Днепро-Донская историко-культурная область

Сложение в Центральной Европе этой своеобразной культуры происходило в условиях достаточно холодного климата. Исследование костей моравских мамонтов показало, что животным жилось там явно неуютно: они отличались небольшими размерами, часто болели и рано умирали. Дело в том, что как раз в это время в Европе наступает последний «ледниковый период». Причем раньше всего это ухудшение климата сказалось именно в центре Европейского континента, служившем как бы «коридором» между Альпийскими ледниками и Скандинавским ледниковым щитом. Ко времени максимума оледенения (20 тыс. лет назад) современная Моравия превратилась в настоящую полярную пустыню. Человек на несколько тысячелетий совершенно покинул эти места. Восточная Европа несколько позже испытала на себе наступающие перемены. Климат здесь был более сухим, между тем образованию ледникового покрова способствуют именно влажные, снежные зимы. В результате, если в Центральной Европе ледники продвинулись далеко на юг, то здесь наступление их застопорилось. Подо льдом оказались лишь северные районы — современная Прибалтика, Ленинградская, Псковская и Новгородская области. Но уже верховья Днепра и Волги были свободны от ледника. Природные условия в этих местах очень напоминали те, что еще недавно, до продвижения ледника, существовали в Центральной Европе — открытые ландшафты, тундро-степь с обильными травами и кустарниковой растительностью в долинах рек.

Вероятно, постепенно, столетие за столетием, мамонты перемещались из Подунавья на северо-восток, в районы, где условия для их существования были более благоприятны. В свою очередь и то центрально-европейское население, чей образ жизни был теснейшим образом связан с мамонтами, во время своих сезонных подвижек постепенно двигалось вслед за ними все дальше и дальше. Продвижение к востоку шло крайне медленно, в течение тысячелетий. Оно явно не было осознанным, целенаправленным действием.

Тем не менее примерно 24—23 тысячи лет назад носители виллендорфско-павловских культурных традиций достигают Восточной Европы. В районе Среднего Приднестровья они оставляют лишь слабый след в виде специфических для этой культуры кремневых орудий: так называемые «ножи костенковского типа» и «наконечники с боковой выемкой». Такие орудия иногда встречаются на стоянках с иным — «инокультурным», как говорят археологи, — кремневым инвентарем. Затем «виллендорфцы» прочно обосновываются на территории бассейнов Среднего-Верхнего Днепра и Дона, даже доходят до Оки. Эта территория была обжитой издавна. Но на исходе ранней поры верхнего палеолита изменение природных условий поставило местное население перед суровой проблемой. Необходимо было менять привычный образ жизни. Менять — или вымирать в условиях все более и более ухудшающего климата.

Разумеется, пришельцы сыграли большую роль в процессе сложения историко-культурной области охотников на мамонтов. Но сам этот процесс начался независимо от них, на основе местных культур. С началом последнего оледенения леса и лесостепи в центре Русской равнины быстро сменяются открытыми ландшафтами — опустыненной степью и тундро-степью. Климат становится сухим, с малоснежными зимами и высокой контрастностью летних температур. Только в период короткого потепления (23—21 тысячу лет назад) здесь отмечается островная лесная растительность. Подобные условия были вполне благоприятными для обитания мамонтов, однако для жизни людей они создавали значительные трудности.

Чтобы приспособиться к изменившимся условиям, людям пришлось коренным образом менять свой образ жизни, свою культуру. Не случайно в Восточной Европе хронологический рубеж, отделяющий раннюю пору верхнего палеолита от следующего периода этой эпохи, приходится именно на начало последнего оледенения. И не случайно культурные перемены особенно существенны в центральной части этого региона — в обширной приледниковой зоне, где климат был суровее всего. Здесь происходит глобальная смена культурных традиций. Меняется хозяйство и весь образ жизни. Отныне они целиком ориентированы на добычу мамонтов и мамонтовой кости. Наиболее показательны новшества, связанные с организацией оседлых, долговременных поселений.

Местные культуры отличались своеобразным каменным и костяным инвентарем. И вот что интересно: на их поселениях порой встречаются предметы, характерные для выходцев из Центральной Европы, — наконечники с боковой выемкой и местные скульптурки из мелового камня — мергеля — изображающие мамонта и носорога. Это говорит о взаимном культурном влиянии, о том, что отношения между местными жителями и пришельцами были более или менее мирными. По-видимому, и земли, и добычи тогда хватало на всех.

До раскопок Зарайской стоянки самым молодым памятником этой культуры считалась стоянка Гагарино. Считалось также, что заметные для глаз археолога отличия гагаринских кремневых орудий и статуэток от находимых в Костенках и Авдееве объясняются изменениями культурных традиций с течением времени. В результате получалась довольно странная картина: культура эта, несмотря на свой исключительно высокий уровень, резко меняет свой облик и бесследно исчезает, едва появившись на Русской равнине!

Раскопки Зарайской стоянки, проведенные X. А. Амирхановым, многое прояснили. Выяснилось, что в бассейне Оки наследники виллендорфских культурных традиций просуществовали, по крайней мере, до 15—16 тысяч лет тому назад, причем облик их орудий ближе к костенковским и авдеевским, чем к гагаринским. Почему?

Дело в том, что и на территории Центральной Европы эта культура существовала в двух вариантах: виллендорфском и павловском. Они очень близки между собой, но все же не тождественны. И долгое время считалось, что павловский вариант «более развитый», а следовательно, и более поздний, чем виллендорфский. Но радиоуглеродные даты опровергли это предположение: выяснилось, что «павловские» памятники ничуть не моложе!

Сейчас многие ученые склоняются к мысли, что виллендорфские и павловские культурные традиции имеют разные корни, а их культурная близость сложилась в результате каких-то социальных причин. Например, как следствие браков, постоянно, на протяжении столетий, заключавшихся между мужчинами и женщинами разных родов.

Видимо, и на Русскую равнину они пришли вместе. По облику кремневого инвентаря и женских статуэток стоянка Гагарино более похожа на более раннюю стоянку Хотылево 2 и на Павлов, а Зарайская — на Костенки, Авдеево и Виллендорф.

В районе современного Подмосковья эта интереснейшая культура охотников на мамонтов благополучно пережила самый холодный период («климатический минимум», как говорят специалисты), длившийся с 20 до 18 тысяч лет тому назад и просуществовала здесь в течение еще нескольких тысячелетий. Однако в более южных регионах, охватывающих верховья и среднее течение Днепра и Дона, именно в период климатического минимума происходит новая глобальная смена культурных традиций. Среди известных здесь стоянок, чей радиоуглеродный возраст моложе двадцатого тысячелетия, если вести отсчет от наших дней, нет ни одной, чьи материалы можно было бы напрямую связывать с виллендорфско-костенковской культурой. В лучшем случае, можно проследить отдельные элементы этой культуры — но уже в ином культурном контексте. Самый яркий след такого рода — бивневая фигурка женщины со стоянки Елисеевичи и найденная там же фигурка мамонта, очень похожая на костенков-ские художественные изделия.

Такая смена культурных традиций произошла не в одно мгновение. Скорее всего, она также была связана с климатическими переменами. У нас пока нет данных о том, что происшедшие изменения были связаны с какими-то миграциями, однако не прослежены и генетические связи с культурами первого этапа. Новые культуры, различаясь между собой по характеристикам каменного инвентаря, обнаруживают ряд сходных черт, определяющих общие особенности второго этапа.

Возникает новый, аносовско-мезинский тип жилищ: наземные, округлые в плане конструкции до 9 метров диаметром, сооруженные с использованием в качестве строительного материала большого количества крупных костей мамонта. Вокруг таких жилищ обычно размещалось несколько ям-кладовых, заполненных подобными костями.

Формы каменных орудий значительно «беднее», проще по сравнению с предшествующим периодом. Вместе с тем культуры второго этапа отличались весьма своеобразным искусством с высокой степенью стилизации, большим количеством «знаковых» изображений, высоко развитым орнаментом. Изображения, выполненные в манере «первобытного реализма», характерного для предшествующего этапа, встречаются скорее как исключение.

Когда же и почему прекратили свое существование эти высокоразвитые культуры охотников на мамонтов? Самые молодые даты, полученные для памятников этого типа (например Добраничивка), — порядка 12 тысяч лет назад. Однако позднее для тех же самых памятников были получены более ранние датировки: около 14 тысяч лет назад. Вероятно, это время и является верхней хронологической границей Днепро-Донской историко-культурной области. Позднее на этой территории появились иные племена, с иным образом жизни и иными культурными традициями.

Культуры охотников на мамонтов исчезли потому, что если не пропало полностью, то резко сократилось поголовье этих величественных зверей. Но в чем причина? Почему мамонты стали вымирать?

Многие ученые объясняют исчезновение мамонтов изменившимися природными условиями, связанными с потеплением климата. Однако в прошлом мамонты благополучно пережили не одно потепление. Да и самые серьезные климатические изменения, означающие переход к геологической «современности» — голоцену, — совершились на несколько тысяч лет позднее, когда все остатки поселений восточноевропейских охотников на мамонтов уже давно покоились в земле.

Может быть, природные перемены и сыграли тут свою, дополнительную роль. Но главным ответственным за гибель мамонтов я все же считаю человека. Подумайте сами: историко-культурная область охотников на мамонтов существовала в центральной части Восточной Европы не менее 10 тысяч лет. Это значит, что в течение столь длительного времени на обширной территории систематически, год за годом, истреблялись целые стада этих животных. Безусловно, палеолитические охотники относились к равновесию в природе куда более бережно, чем современное человечество. Именно поэтому их сообщество и смогло просуществовать столь долгое время. Однако, по-видимому, с началом новых климатических изменений «давление» человека на популяцию мамонтов в Восточной Европе все-таки стало роковым.

В других районах нашей планеты — Северной Азии и Северной Америке — такое «давление» на мамонтовые стада было менее сильным. Но в совокупности этого оказалось достаточно для значительного сокращения популяции. Она была оттеснена в менее благоприятные районы, где в конце концов тысячелетия спустя, при дополнительном воздействии меняющихся природных условий этот своеобразный зверь исчез с лица Земли полностью. А жаль!

Итак, мы знаем, в общем и целом, историю сложения, существования и исчезновения сообщества охотников на мамонтов. А теперь попробуем представить себе повседневную жизнь этих людей. И начнем с их быта, с материальной культуры.