Библиотека

Блоги

Система ценностей китайцев

КИТАЙСКАЯ ФИЛОСОФИЯ

История Китая строилась на основе социального порядка (не всегда в сочетании с социальной справедливостью). Это актуально и по сей день. В течение трех тысячелетий общественную жизнь китайцев, по крайней мере ханьцев, определяли четыре философские системы: конфуцианство, легизм, даосизм и маоистский марксизм.

Система ценностей китайцев

Конфуцианство

Этико-философская система, предложенная Конфуцием в VI в. до н. э., высшими ценностями считает образование, преданность семье и законопослушание. Как бы ни пытался Мао Цзэдун объявить высшей ценностью «народ» или государство, приверженность к традиционным ценностям глубоко сидит в сознании китайцев. Ныне именно на этой основе компартия пытается строить более консолидированное и цивилизованное общество. Современные китайцы оценивают конфуцианство по-разному. Одни считают, что именно оно, выражая дух народа и апеллируя к традиционным вежливости, справедливости, честности и гордости, помогло ему выдержать все испытания. Другие уверены, что учение, веками бывшее основой империи, сегодня безнадежно устарело.

Легизм

Легисты, период триумфа которых пришелся на правление объединителя китайских земель Цинь Шихуанди (211г. до н. э.), менее оптимистично смотрели на натуру человека и его способность строить социальный порядок Они полагали, что человек изначально греховен и только строгий и беспощадный закон способен заставить его жить в обществе.

Даосизм

Радостная и беспечная философская система даосизма, предложенная мудрецом Лао-цзы (род. около 570 г. до н. э.), отрицает как моральный идеализм конфуцианства, так и идеализацию закона легизма как ведущие к насилию над личностью, а следовательно, либо к лицемерию, либо к эксплуатации. По мнению даосов, справедливость вытекает из гармонии с миром вокруг нас.

Маоистский марксизм

Труды Карла Маркса, формировавшие революционные умы в XIX и XX вв., базировались на рационализме эпохи Просвещения и иудео-христианских нравственных ценностях. Не избежали влияния христианского понимания добра и зла Сунь Ятсен и другие ранние китайские революционеры, воспринявшие базовые идеи социальной справедливости, равенства, заботы о беднейших членах обществах. Этим революционерам нужна была идеология, которая обосновала бы их борьбу за свободу крестьян и рабочих от того, что они называли эксплуатацией со стороны землевладельцев, хозяев фабрик и мельниц, состоявших в союзе с правящей элитой.

Коммунистическая партия Китая немало позаимствовала у соседей из Советского Союза, и только начиная с 1949 г. Мао Цзэдун принялся мыслить самостоятельно. Мао последовательно приучал китайцев идентифицировать себя с беднейшими членами общества, и лозунг «Чем беднее, тем лучше» владел умами на протяжении 1950-х, 1960-х и 1970-х гг. Люди научились презирать любые украшения, вплоть до картин на стенах, а если у кого имелась новая куртка или пара брюк, их прятали под старыми и рваными. Метафора «железная миска риса» как нельзя лучше характеризует философию Мао. Людей обеспечивали на всю жизнь работой (правда, малооплачиваемой) и железной миской, из которой следовало есть скудную порцию низкокачественного риса.

Поначалу коммунисты следовали своей собственной философии, однако эта самоотверженность продолжалась недолго. Уже в 1960-е гг. за высокими стенами своих дворцов новые коммунистические императоры вовсю вкушали запретные для других радости жизни. Сегодня деятельность Мао оценивается китайцами как «на 70% хорошая, на 30% плохая», а «культурную революцию» называют ошибкой. Однако его портрет по-прежнему украшает вход в Запретный город, а забальзамированное тело (ходят упорные слухи, что оно давно уже заменено восковой куклой) покоится в мавзолее на площади Тяньаньмынь. Дети по-прежнему изучают в школе некоторые его труды и пишут сочинения о его роли в освобождении Китая от японских захватчиков и гоминьдановской армии. И хотя лозунг «Чем беднее, тем лучше» давно уже сменился куда более популярным дэнсяопиновским «Стать богатым - почетно» и сами китайцы нередко осуждают Мао, критика в его адрес со стороны иностранца будет воспринята как невежливость.

Перечисленные влияния и сегодня во многом определяют систему ценностей китайцев, главной добродетелью которых с незапамятных времен стало терпение. Ведь и правда на долю этого на­рода выпало больше тирании, анархии и несправедливостей, чем любому из западных. И хотя в толпе китайцы охотно маршируют, выкрикивая лозунги, нужно очень постараться, чтобы вывести из себя китайца, когда он один.

инь и ян

Тысячелетиями китайцы верили в то, что мироздание состоит двух противоположных, хотя и дополняющих друг друга начал - инь и ян. Эти понятия знакомы каждому, кто хотя бы перелистывал «Ицзин» («Книгу перемен»). Эти полярные силы, достигнув своего максимума, перехо­дят в свою противоположность, образуя бесконечный цикл, понимаемый как физически, так и метафизически. Инь соотносится с землей, луной, женщиной, темнотой, холодом, ян - с небом, солнцем, мужчиной, теплом и светом. Воплощением ян является дракон, а солнце в обычной речи именуется «великий ян». Поскольку инь и ян чередуются, на земле ночь сменяется днем, а зима - летом. Принципы инь и ян лежат в основе религиозных, медицинских и космологических теорий. Эта двойственность мира изображается как круг, в который вписаны две напоминающие запятые фигуры - темная и светлая. В чистом виде ни мужское, н женское начало не существует - каждое содержит в себе свою противоположность. Это - одна из основ китайского мышления.

Фэн-шуй

В последнее время на Западе вошли в моду практики фэн-шуй. В Китае они не особенно популярны, за исключением юга и Гонконга. «Фэн» по-китайски значит «ветер», а «шуй» - «вода». Система фэн-шуй имеет в основе традиционные представления китайцев о влиянии природы на судьбу человека. При строительстве гробниц, храмов, жилых домов, а в наше время и офисов, принимается во внимание каждый холм, поле или водоем. Поскольку система вычисления наилучшего местоположения основана на тайном знании и очень сложна, семьи и компании вызывают консультанта, чьи услуги зачастую весьма дороги.

И точно так же, как на Западе люди протестуют против нового строительства из-за того, что это уничтожает исторические памятники либо портит природу, жители Южного Китая возражают, поскольку постройка может нарушить существующий фэн-шуй.

Прагматизм

Похоже, прагматизм стал идеологией XXI в. Цель большинства китайцев сегодня - дать детям хорошее образование и помочь найти достойную работу, повысить свой образовательный и культурный уровень, хоть немного расслабиться и получать от жизни удовольствие. Молодые горожане ничем не отличаются от своих ровесников по всему миру - они много работают, хорошо зарабатывают, радуются жизни, правда, чуть больше, чем необходимо, интересуются страшным прошлым своей страны. Крестьяне тоже не лишены амбиций, и многие успешно богатеют. Новые китайские бедняки - это жители обедневших мелких городков или деревень, в которых нет работы. Уехать на поиски работы в большой город они не имеют права. Жесткая система про­писки, таким образом, остается последним барьером на пути свободы личности.

ГРАЖДАНЕ СРЕДИННОЙ ИМПЕРИИ

Национальное самосознание китайцев по-прежнему сильно, они гордятся и своей древней куль­турой, и экономическими успехами последних десятилетий. Былой изоляционизм уступил место восторгам по поводу нового миропорядка. И все же национализм еще очень силен в сознании китайцев и в любую минуту, как в самые мрачные времена, способен обернуться против иностранцев.

Многим жителям Азиатско-Тихоокеанского региона внешность европейцев кажется странной. Китайцы считают, что мы похожи на привидения.

Еще 10 лет назад приезжего легко могли назвать «белым дьяволом», хотя, впрочем, это словосочетание можно понимать и как «белый призрак», что скорее выражает удивление перед белизной кожи и обилием волос на теле. Иностранцы, долго живущие среди китайцев, настолько привыкли слышать это наименование в свой адрес, что зачастую и сами называют так свои землячества. Иностранца в Китае никто не примет за китайца, так что будьте готовы к повышенному вниманию к своей особе. Однако полезно присматриваться к тому, как китайцы ведут себя в определенных обстоятельствах, чтобы при случае повести себя соответственно.

В общем, в Юго-Восточной Азии европейцев считают образованными и богатыми чудаками, честными и пунктуальными, однако чуждыми и недружелюбными. Многие уверены, что европейцы и американцы ни во что не ставят семью, и ходят упорные слухи, будто старикам на Западе приходится туго. Иностранцев также часто подозревают в сексуальной распущенности.

Многие жители сельской глубинки вообще ни­когда не видели «живого» иностранца - только по телевидению, которое ныне показывает много западных, часто пиратских, фильмов. Особое любопытство вызывают люди с африканской внешностью. Африканские студенты Университета в Тяньцзине рассказывали, как в начале 1990-х гг. к ним на улицах подходили китайские крестьяне, терли их кожу и спрашивали, почему они не моются. Большинство иностранцев, пытающихся заговорить по-китайски в сельской местности, обнаруживают, что их не понимают, причем потому, что говорящий так странно выглядит!

В городах сегодня на иностранцев никто не обращает внимания, однако за их пределами вы мо­жете стать объектом любопытства и даже восхищения. И большинство китайцев уверены, что, встретив путешествующего иностранца, они несут личную ответственность за то, чтобы он чувствовал себя в Китае счастливым.

ОТНОШЕНИЕ К ЗАРУБЕЖНЫМ КИТАЙЦАМ

Знаменитый китайский шеф-повар и писатель Кен Хом описал сильнейшую ностальгию, которую испытывают даже те живущие за рубежом китайцы, которые ни разу не были на своей исторической родине. «Ты можешь поехать домой, - пишет он. - Вопрос в том, где дом. Для американских и любых других зарубежных китайцев на эмоциональном уровне на этот вопрос существует только амбивалентный ответ. У китайцев вне Китая сформировалось раздвоенное сознание. Не важно, какое богатство ты нажил за границей, тебя все равно тянет домой».

Итак, если вы этнический китаец, пусть выросший в Европе или США, от вас в Китае будут многого ожидать. Например, дорогих подарков для всей разветвленной семьи (иногда это целая деревня) и, безусловно, восхищения китайскими достижениями. Это может привести к неловкости с обеих сторон, особенно неподдельное удивление вызывает неумение этнического китайца говорить на китайском языке.

В то же время этнический китаец может смешаться с толпой и идти, куда захочет. Любому другому иностранцу придется купить для этого огромную соломенную шляпу.

ТЕРПЕНИЕ КАК ДОБРОДЕТЕЛЬ

В Китае можно встретить немало препятствий в самых элементарных действия - покупке билета на самолет, обмене денег в банке. Важно относиться ко всему этому с пониманием.

Нетерпеливость воспринимается китайцами как крайне дурная черта характера. Жесткое расписание редко соблюдается в Китае, хотя уже появляются частные турагентства, банки и другие полезные учреждения, удачно конкурирующие в этом плане с сонным царством государственных контор.

ПОТЕРЯТЬ ЛИЦО»

Китаец изо всех сил старается не «потерять лицо», т. е. не предстать перед другими людьми в неприглядном виде. Если он не может или не хочет ответить на неприятный вопрос, он способен рассмеяться, чтобы скрыть смущение. Это может означать, что гость произнес что-то непонятное либо что китаец не имеет точного ответа на вопрос. Точно так же иностранец «теряет лицо», когда демонстрирует, что он рассержен или расстроен. Фраза «это вам не подходит» чаще всего вежливая форма ответа «это невозможно» или «это очень трудно», причем китаец вовсе не намерен объяснять вам причины отказа. Вы можете попытаться деликатно приотворить закрытую дверь, но упаси бог ломиться в нее! Все, что дозволено - проявить легкую настойчивость, не более. Вернуться к нерешенному лучше позже, после того, как китаец посоветуется с кем-нибудь. Причем он будет рад и горд возобновить разговор самостоятельно.

МУЖЧИНЫ И ЖЕНЩИНЫ

Если вы общаетесь с лицом противоположного пола, то лучше избежать каких-либо прикосновений, кроме рукопожатия при знакомстве. Однако лица одного пола касаются друг друга гораздо чаще, чем принято на Западе, женщины, например, выражают свое дружелюбие похлопыванием по руке. В сельской местности не редкость зрелище двух молодых людей или девушек, идущих, взявшись за руки. В Китае это - не более чем выражение дружбы, как, впрочем, в некоторых католических странах Южной Европы. Конечно, в Китае есть и гомосексуалисты, но их по-прежнему осуждают, и говорить на эту тему не принято. Нарочито панибратское поведение или вызывающая одежда также могут вызвать осуждение, даже в таких крупных городах, как Пекин или Шанхай.

ОТНОШЕНИЕ К ЖЕНЩИНЕ

Одной из самых труднодостижимых, но все же реализованных целей китайского социализма было предоставление женщинам равных прав с мужчинами. И все же в деревнях по-прежнему предпочитают сыновей и даже, как в стародавние времена, иногда убивают новорожденных девочек (обычай, запрещенный законом, но так до конца и не искорененный). Упраздненный еще в 1949 г. с приходом к власти коммунистов варварский обычай бинтовать девочкам ноги, чтобы они не выросли «большими и уродливыми», также благополучно здравствует.

Вторым крупным достижением КНР по раскрепощению женщин стал контроль за рождаемостью и широко распространяемая контрацепция. Высказывание Мао «женщина держит половину неба» оправдывает множество молодых, умных и отлично образованных горожанок, успешно занимающихся бизнесом, наукой, медициной, журналистикой. Меньше заметен прогресс в этой области среди китайских политиков. Однако иностранки в Китае могут путешествовать, не испытывая никаких затруднений, на работу их также примут на равных с мужчинами условиях.

МИФ О НЕПОСТИЖИМОСТИ КИТАЙЦЕВ

Обычно, рассуждая о Китае, западные авторы отмечают «закрытость» китайцев, их нежелание прямо высказывать свое мнение. Однако, общаясь с китайцами, вы быстро обнаружите, что они способны быть гораздо прямее европейцев. Узнав вас поближе и проникнувшись к вам доверием, китаец вовсе не прочь высказать свои эмоции. Он может прямо спросить вас о том, сколько вам лет, большая ли у вас семья, каково ваше общественное положение, состояние здоровья, в каком доме вы живете, на какой машине ездите, наконец, какая у вас зарплата. Разумеется, вы вправе задать те же вопросы ему. Будьте осторожны и внимательны, спрашивая у китайца, сколько у него детей. Государственная политика ограничения рождаемости непопулярна в Китае, и разговор об этом вести стоит, только если вы почувствуете, что собеседник готов говорить.

Большинство европейцев, проживших какое-то время в Китае, надолго сохраняет теплые отношения со своими китайскими друзьями. Различие цивилизаций вызывает любопытство с обеих сторон, но вовсе не является непреодолимым барьером.

СЕМЬЯ

Считается, что в большинстве развитых стран классическая семья - состоящие в браке родители и двое детей - испытывает кризис. В Китае семья по-прежнему мыслится как основа общества и гарантия счастья и спокойствия для ее членов. Строгие запреты на половую жизнь до брака, как и жизнь в неофициальном браке, в последние годы ослабли, однако матери-одиночки здесь по-прежнему редкость, разводов мало (хотя их становится больше), а о стариках принято заботиться в семье, а не сдавать их в «дома престарелых». Нередко, особенно на юге, семья является частью разветвленного клана родственников, члены которого обязаны помогать друг другу. Часто крупные расходы, например, оплату образования, берут на себя дальние родственники, особенно если они проживают на Тайване или в США. Дети обязаны демонстрировать уважение к старшим - это важнейшая составляющая «сыновнего почтения», заповеданного еще Конфуцием: «Сыновнее почтение - основа всех добродетелей. Она начинается с почтения к отцу, продолжается в верности повелителю, а заканчивается нахождением своего места в жизни».

По иронии судьбы самый большой удар по традиционному сыновнему почтению нанесла политика ограничения рождаемости: появилось поколение «единственных детей», на которых родители буквально молятся и которые, не имея братьев и сестер, не научились с детства считаться с другими и делиться. Китайцы называют таких детей «маленькими императорами», их очень много в любом крупном городе, а заняты они в основном любимым спортом: как бы заставить родителей раскошелиться. В сельской местности, где ограничение рождаемости соблюдается не всегда, семьи сконцентрированы на том, чтобы разбогатеть, а иногда и чтобы выжить, а не на капризах малышей.

В китайском языке существует множество названий для разных членов семьи - тетушка (тай-тай), младший брат (диди), старший брат (геге) и тд. И хотя в городах уже не живут большими семьями, большинство этих ласковых слов сохранились, потому что ими нередко называют и по­сторонних, но близких к семье людей. Как и в России - «дядя Петя», «тетя Маша».

ДЕТИ

Китайцы очень любят детей, и жители Запада, путешествуя с детьми, быстро обнаружат, что те моментально становятся центром всеобщего внимания. Некоторые европейские малыши бывают буквально обескуражены непривычным количеством ласк и комплиментов, а еще более тем, что их все время треплют за щечку, гладят по голове, похлопывают по плечу и все время просят сфотографироваться незнакомыми людьми. Голубоглазый малыш со светлыми локонами способен в считанные минуты собрать вокруг себя толпу. Любовь китайцев к детям лишь отчасти объясняется привычкой ценить семью и продолжение рода. Просто дети нравятся им, потому что их свежесть и непосредственность разнообразят по-прежнему  тяжелую и безрадостную жизнь многих.

УВАЖЕНИЕ К СТАРШИМ И ПОЧИТАНИЕ ПРЕДКОВ

Сыновняя почтительность предполагает уважение к старшим и, как следствие, почитание предков. Многие жители Запада слышали о «культе предков», однако термин «почитание» представляется более точным. Единственным неприятным аспектом почтения к старшим до самого недавнего времени являлось то, что любой человек, занявший более или менее ответственный пост, так и занимал его до самой смерти или, в крайнем случае, до пенсии лет этак в восемьдесят. Это вовсе не оздоровляло экономику, поскольку не допускало к управлению молодых людей со свежими идеями. Однако с наступлением свободного рынка старшее поколение охотно выходит на пенсию, чтобы пожить в свое удовольствие. И хотя многие пятидесятилетние работники вследствие сокращения штатов вынуждены были переучиваться, они хотя бы не страдали от клейма возраста, как это бывает на подчиненном культу молодости Западе.

И сегодня широко празднуется традиционный праздник Цин Мин - день, когда люди приносят подношения на могилы предков.

ОБРАЗОВАНИЕ

Китайцы традиционно ценят ученость и уважают учащихся. Одним из самых страшных послед­ствий Культурной революции стало то, что целое поколение не получило образования. В наши дни, когда страна строит новую, основанную на высоких технологиях экономику, ценность образования еще возросла. В китайских школах и высших учебных заведениях задают огромное количество домашних заданий учащиеся сдают сложнейшие экзамены. Учителя и вузовские преподаватели, несмотря на не слишком высокую зарплату, пользуются большим уважением. Спрос на образование рождает предложение, правительство не препятствует открытию множества частных учебных заведений всех уровней. Широкие возможности заочного обучения - по Интернету или по телевидению - просто спасение для такой огромной страны. Единственной серьезной проблемой является финансирование, хотя государство вкладывает в образование все больше и больше средств. Однако без родительских денег обойтись не удается, и во многих государственных школах была введена плата за обучение. В самых бедных регионах доступ к среднему, а иной раз и к начальному образованию ограничен. В исправлении ситуации китайскому правительству помогает Всемирный банк.

ГУАНЬСИ, ИЛИ КРУГОВАЯ ПОРУКА

Круговая порука веками была способом добиться желаемого: найти жениха, устроить ребенка в хорошую школу, поступить на достойную работу, продвинуть свой товар на рынок, подыскать жилье или отправиться за границу. Обмен услугами скреплял сложную систему родства. «Доверие и взаимопомощь» в китайском варианте базируются на том, что люди чувствуют себя частью одного целого. В основе китайского «гуаньси» лежит обязанность помогать родственникам. Однако в эти отношения могут включаться и не родственники и даже иностранцы. В системе «гуаньси» важны брачные, семейные или дружеские узы, равно как и скрепленные кровью узы побратимства. «Гуаньси» возникает даже среди людей, носящих одну фамилию, что вовсе не означает, что у них были общие предки, ибо ранних мигрантов в Юго-Восточную Азию нередко награждали прозваниями чисто ассоциативно.

Дружба между соседями, однокашниками, коллегами также может стать основой «гуаньси». Зарубежные китайцы лучше, чем другие, видят пре­имущество таких отношений, помогающих минимизировать риски внешнеэкономической деятельности. Сеть «гуаньси», охватившая всю Юго-Восточную Азию, облегчает создание совместных предприятий и размещение производств в континентальном Китае. И хотя соучредителями многих китайских фирм ныне становятся иностранцы, эти связи гораздо слабее традиционной «гуаньси».